Солдат у Александра было немного, в битве при Гавгамелах участвовало, возможно, около 40 тыс. пехотинцев и несколько тысяч конницы. Ни людские ресурсы Греции, ни тогдашняя логистика не позволили бы ему иметь более многочисленное войско. Никакой эллинизации эти, по-нашему, четыре дивизии, на весь Ближний Восток сами по себе принести, конечно, не могли. Мы легко можем увидеть, как это происходит в новой истории - разница с древностью будет только в том, что в древности все происходило медленнее и в процесс было вовлечено гораздо меньше людей. В русском техническом языке до сих пор используется много германизмов. Поколение моих родителей учило в школе немецкий, а не английский, и не для того, чтобы воевать с Гитлером (хотя пришлось). О. Лагранж говорил Жану Боттеро: "учите немецкий - это первый из семитских языков" (= на нем написана вся литература и словари, которые нужны нам, семитологам). И так далее. Ни кайзер Вильгельм, ни Гитлер здесь не при чем - это результат успешного развития немецкой науки и техники в 18 и 19-м веках (и раньше). Скорее наоборот - германские нашествия первой и второй мировых войн были результатом кризисов германского общества, а не путем для культуртрегерства (опять немецкое слово). Русское дворянство думало и говорило по-французски не благодаря Наполеону, а скорее вопреки ему. Оно говорило по-французски потому, что на этом языке существовала огромная литература, отточенная систематизированная мысль, потому что на нем говорили художники и инженеры. Мой друг удивился, увидев микрометр 17-го века в парижском Политехническом музее. Так же и с Александром. Эллинизм распространился по Востоку, как пламя, потому что у него был большой общественный, технический и культурный потенциал, это было полезно, это было интересно, это было ново. Политические события послужили ему триггером, а не причиной. Гитлер не привез к нам штангенциркуль на танке; этот инструмент с немецким названием появился раньше, потому что он был нужен для работы... Что касается любой оккупационной или колониальной администрации, то да, конечно, она влияет на восприятие языка, литературы и идей метрополии - но чаще в обратном направлении. Правда, этим же самым она привлекает внимание к тому, с чем приходится бороться. Ну и - кого-то заставила выучить греческий (и потом он что-то на нем прочел или услышал), кому-то подали социальный лифт, кто-то уплыл в метрополию и общался там с соотечественниками, что-то обсуждал с ними, вернулся... На фотографиях - месопотамский Геракл и неизвестная месопотамская женщина из эллинистической Хатры, 3-2 вв. до н.э., из коллекции Иракского Музея.