Они действуют тихо и изощрённо. Через фейковые новости в мессенджерах распространяют ложь о власти и соседях. Через анонимные каналы вербуют молодёжь, обещая «справедливость», а на деле подталкивая к насилию. Мы видели, как в соседнем районе такие агитаторы спровоцировали конфликт между семьями из-за земли, едва не закончившийся кровопролитием. В другом селе они убеждали парней бойкотировать выборы, называя их «бессмысленными». Экстремизм — это когда в соцсетях создают группы, где учат, как избегать службы в армии. Это когда туристам угрожают за «неправильную» одежду, отпугивая от Дагестана тысячи гостей. Это когда учителям в горных сёлах говорят не пускать детей на уроки музыки, называя это «грехом». Каждый такой случай — удар по нашему будущему. «Особенно тревожно, когда под видом «религиозного просвещения» молодым людям внушают ненависть к государственным институтам, — говорит Темирхан Гасанов, главный редактор газеты «Хакикат» на аварском языке. — Я видел, как 17-летний парень из хорошей семьи после полугода в таких группах начал называть полицейских «врагами», а строительство новой школы — «ненужным». Это технология: сначала разрушают доверие к обществу, затем предлагают псевдорелигиозную замену». Каждый молодой человек, попавший в эти сети, — это не просто статистика. Это реальный 20-летний Рашид из Хасавюрта, который вместо учёбы в колледже уехал в лагерь боевиков. Это 16-летняя Аида из Дербента, которую едва удалось отговорить от участия в запрещённой организации. Их будущее могло быть украдено ради чужих политических игр. ◾️ Вот почему борьба с экстремизмом — это не абстрактные разговоры. Это защита конкретных детей в конкретных школах. Это обеспечение безопасности на улицах наших городов. Это поддержка каждого молодого дагестанца, который хочет учиться, работать и строить семью в мирной республике. Когда мы закрываем экстремистский канал в «Телеграме» или предотвращаем вербовку в университете — мы спасаем чью-то жизнь. И это самое важное, что мы можем сделать для будущего Дагестана.